Сделка совершенная с нарушением закона ничтожна

Как доказать ничтожность сделки: помощь адвоката

Сделка совершенная с нарушением закона ничтожна

   Признание ничтожной сделки недействительной довольна распространенное явление, где без совета адвоката просто не обойтись. Например, давайте разберем вопрос на примере договора купли-продажи.

Согласно такому документу, в отношения вступают две стороны: продавец и покупатель. Один из участников передает или обязуется передать недвижимость (дом, квартира и т.д.

), имущество либо какой-то товар другому во владение, а второй должен уплатить за него определенную сумму.

   Теперь представьте, что Вы купили квартиру, клеите в ней новые обои, а на Вас подают в суд исковое заявление о признании сделки ничтожной, об освобождении жилья и аннулирование сделки… Давайте разбираться подробнее в вопросе в настоящей статье.

ВНИМАНИЕ: наш адвокат по оспариванию договора поможет признать сделку ничтожной, а также защитить сторону от предъявленных к ней необоснованных претензий: на выгодных условиях работы с Вами, профессионально и в срок. Звоните уже сегодня!

Иск о признании сделки ничтожной

   Если сделка с самого начала совершена с нарушениями законодательства, то явно здесь проявляется ничтожность договора купли-продажи, иного договора. Иными словами, на заключение договора нет прав и не должно быть вовсе по закону.

Такая сделка, конечно же, признается недействительной. В подобных ситуациях факт нарушения закона виден сразу, и говорить или спорить уже больше не о чем. Однако нужно отметить, что ничтожным может быть признан не полностью весь документ, а его отдельные положения.

В данном случае это может быть только ничтожность пункта договора.

   Отстоять свои права в вопросе правомерности сделки можно, подав исковое заявление о ничтожности договора. В суде споры по подобным заявлениям со стороны заинтересованных лиц решаются в общем порядке. В суде иск о ничтожности договора могут удовлетворить только при наличии соответствующих доказательств. Это должны быть документы, справки или другие материалы, добытые законным путем.

Основания признания сделки ничтожной

   Существуют конкретные основания ничтожности договора. Они вступают в силу, если сделка:

  • была совершена с недееспособными или несовершеннолетними (до 14 лет) лицами;
  • нарушает закон и при этом посягает на права 3-х лиц;
  • заключена с умышленными противоправными действиями (например, подделка документов прав собственности);
  • оказалась фиктивной (совершена для вида и не будет иметь продолжения);
  • касается имущества, распоряжаться которым запрещено по закону (оно находится под арестом, в залоге и т.д.)
  • осуществлена, чтобы определенным образом скрыть другие подобные действия.

   В результате явного нарушения закона осуществляется признание сделки ничтожной, а не по решению суда. Когда установлен сам факт нарушения законодательства, она становится недействительной.

   Все заинтересованные стороны могут решать возникшие спорные вопросы в судебном порядке. Для этого законом установлен определенный период.

ПОЛЕЗНО: подробнее про признание сделки недействительной по ссылке на нашем сайте

Разница между оспоримыми и ничтожными сделками

   Оспоримая и ничтожная сделки представляют собой разновидности недействительной сделки.

   Основными отличиями этих двух видов сделок являются юридические последствия, порождаемые каждым видом сделок, а также срок предъявления требований по ним.

   Ничтожная сделка противоречит закону, не требует судебного разбирательства и выяснения всех фактических обстоятельств дела. Такая сделка ничтожна с момента ее заключения и не зависит от признания ее таковой судом. В отношении некоторых видов сделок в законах содержится прямое указание на их ничтожность.

   К ничтожным сделкам также относятся мнимые и притворные сделки, заключенные без намерения совершать определенные в них действия или созданные для прикрытия другой сделки.

   По аналогии законодательство содержит и нормы, подсказывающие сторонам оспоримой сделки о возможности обратиться в суд за признанием ее недействительной и применении соответствующих последствий.

Срок признания сделки ничтожной

   Законодатель устанавливает разные сроки для признания сделки недействительной оспоримой и ничтожной сделок. Так, для признания сделки ничтожной у заинтересованного лица есть 3 года. В то время, как для признания сделки недействительной время на предъявление требований ограничено одним годом.

Как доказать ничтожность сделки?

   Несмотря на то, что ничтожная сделка не требует детального исследования фактических обстоятельств и их доказывания, следует иметь в виду некоторые аспекты данного вопроса.

   Для того, чтобы доказать, что сделка ничтожна, необходимо обладать знаниями законов. Поскольку помимо общеустановленных оснований для признания сделки ничтожной, какими являются ее противоправность, а также противоречие ее нормам нравственности, есть еще и специальные признаки. К ним можно отнести:

  • отсутствие права юридического лица либо должностного лица на заключение сделок или конкретной сделки
  • недееспособность или ограниченная дееспособность, не позволяющая совершать сделки
  • режим имущества, препятствующий распоряжению им
  • несоответствие формы договора установленным правилам
  • отсутствие прав на предмет договора
  • сделки без нотариального заверения
  • мнимость и притворность договора
  • сокрытие информации при совершении сделки
  • обман
  • и многие другие.

   В любом случае, чтобы доказать ничтожность сделки, необходимо знать, какой сделка должна быть, а также выяснить, не противоречит ли она существующим нормам законодательства, морали, отвечает ли она обязательным признакам законности.

   Каждая ничтожная сделка индивидуальна. И для каждой из них существует отдельная схема доказывания, в зависимости от обстоятельств. Так, при подписании договора недееспособным лицом требуется предоставить подтверждающие документы.

   При подписании документа юридическим лицом, не имеющим на это прав, необходимо представить документы юридического лица, в том числе содержащие сведения о полномочиях.

   Сделки, оформленные с нарушением формы и содержания, установленной в соответствующем нормативно-правовом акте, следует заявлять о несоответствии таких сделок нормам права.

    В зависимости от того, по какому основанию сделку можно признать ничтожной, осуществляется выбор схемы доказывания.

   Некоторые законодательные акты содержат прямое указание на ничтожные сделки, поэтому при подготовке к признанию сделки ничтожной следует изучить нормы законов, как федеральных, так и подзаконных нормативно-правовых актов.

   Учитывая изложенное, при наличии признаков ничтожной сделки следует обратиться в суд для применения последствий такой сделки.

Последствия признания сделки ничтожной

   В связи с тем, что ничтожные сделки могут быть разными, то и последствия признания их ничтожными также могут различаться.

  1. В случае, когда стороны сделки действовали добросовестно, то судом применяется так называемая реституция, что означает приведение сторон к положению, существовавшему до заключения сделки, к полному возврату друг другу всего полученного по сделке. Если одна из сторон действовала недобросовестно, то судебный орган может вернуть одной стороне полученное по сделке, а со второй стороны все полученное по ничтожной сделке может быть обращено в пользу государства.
  2. В некоторых случаях суды прибегают ко взысканию всего приобретенного по ничтожной сделке в доход государства. К таким крайним мерам суды обычно приходят в случае выявления антисоциальной направленности договора.
  3. Помимо возвращения сторон к первоначальному состоянию, существовавшему до совершения сделки, суд может взыскать в пользу пострадавшей стороны убытки, возместить реальный ущерб, взыскать штрафы. А также суд правомочен восстановить в правах третьих лиц, чьи интересы были нарушены совершением ничтожной сделки.
  4. К последствиям ничтожной сделки также можно отнести изменение налоговых обязательств сторон, однако, это требует проведения отдельной процедуры. Ведь признание сделки ничтожной автоматически не меняет налоговых обязательств того или иного лица.
  5. Кроме того, пострадавшая от заключения ничтожной сделки сторона вправе требовать возмещение процентов за пользование чужими денежными средствами, что предусмотрено статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.
  6. Помимо этого, у сторон ничтожной сделки в случае ее признания таковой есть право взыскивать и неосновательное обогащение на основании статьи 1102 Гражданского кодекса РФ.

   Подводя итог, следует отметить, что вопрос недействительных, ничтожных сделок весьма обширен и разнообразен. При разрешении ситуаций данной категории споров всегда возникает множество нюансов и сложных моментов. Зачастую даже судьям бывает непросто разобраться как в квалификации спора, так и в применении последствий его итога.

   Поэтому юридическая помощь профессионального специалиста в названных делах действительна необходима.

© адвокат, управляющий партнер АБ “Кацайлиди и партнеры”

А.В. Кацайлиди

Источник: https://katsaylidi.ru/blog/priznanie-sdelki-nichtozhnoj/

Недействительные сделки по новым правилам

Сделка совершенная с нарушением закона ничтожна

Прошло почти два года с тех пор, как в российское законодательство были внесены существенные поправки в отношении недействительных сделок (№100-ФЗ от 07.05.2013 г.). Те из них, которые нарушают требования закона, ранее считались ничтожными, а сейчас – оспоримыми. Изменились и сроки исковой давности.

Несмотря на то что в последнее десятилетие уменьшилось количество незаконных и проблемных сделок, едва ли можно говорить о качественной правовой и финансовой защищенности покупателя.

Какие конкретно произошли изменения и как они влияют на сегодняшний рынок жилой недвижимости?

На наши вопросы помогли ответить Алексей Комаров, нотариус из Санкт-Петербурга, Вадим Лященко, управляющий АН РБНО, и Ирина Щербинина, эксперт по недвижимости.

Что изменилось в новом законодательстве? Каковы сроки исковой давности (т.е.

по прошествии какого срока покупатель квартиры может быть совершенно спокоен и освобожден от претензий участников сделки и третьих лиц)?

Алексей Комаров: «В мае 2013 года были внесены изменения в Гражданский кодекс РФ, которые разграничили понятия оспоримых и ничтожных сделок (недействительных сделок), переквалифицировав большую часть ничтожных сделок в оспоримые (ст. 168, п. 1 ГК РФ).

Главное отличие между ничтожной и оспоримой сделками состоит в моменте их недействительности, и в том, в какие сроки можно их оспорить.Ничтожность сделки (иными словами – ее недействительность) не зависит от решения суда. Сделка ничтожна с самого начала ее совершения и не порождает для сторон никаких правовых последствий.

Оспоримую же сделку могут признать недействительной только по решению суда, соответственно, до такого решения заключенный договор имеет юридическую силу и обязателен для исполнения.К моменту изменений назрела проблема по сделкам, заключенным на рынке недвижимости: любая сделка, заключенная сторонами с нарушением действующего законодательства, признавалась ничтожной.

 Кроме того, иск о признании ничтожной сделки могло предъявить любое лицо. Указанная возможность на практике приводила к злоупотреблениям лиц, которые, не имев конкретного интереса в заключенной сделке, пытались ее заничтожить.

Теперь как по оспоримой, так и по ничтожной сделке требования в суд о признании ее недействительной вправе предъявить только сторона соглашения или прямо указанное в законе лицо, например попечитель, иными словами – лицо, имеющее интерес в оспаривании сделки ст. 177, 166, п. 2 ГК РФ.

Основная причина признания сделок недействительными по ничтожности – сделка, совершенная недееспособным лицом, ст. 171 ГК РФ. То есть гражданин, продающий жилье, был до совершения договора продажи лишен дееспособности по суду. По такой сделке суд обяжет стороны вернуть друг другу все полученное по договору купли-продажи.

Покупатель по данной сделке – более слабая сторона, так как, вернув купленное жилье, возникает вопрос с возвратом денег, которых у недееспособного, конечно, уже нет.По оспоримым сделкам вне конкуренции ст. 177 ГК РФ: сделка, заключенная лицом, не способным понимать значения своих действий или руководить ими.

Если в первом случае достаточно факта подтверждения недееспособности – решения суда о признании гражданина недееспособным, то применительно к 177 ст. ГК РФ судом будет назначена экспертиза, и с учетом иных доказательств сторон  будет принято решение о признании сделки недействительной или отказе в соответствующих исковых требованиях.

На практике решающую роль играет заключение эксперта, если в достоверности экспертного заключения у суда сомнений нет (обычно так оно и есть). Иные доказательства, например показания свидетелей, могут носить весьма условное значение для решения суда.

Говоря о правовом механизме защиты права приобретателя жилья, можно сказать, что по сути их два: срок исковой давности и квалификация по ст. 302 ГК РФ как добросовестный приобретатель.В первом случае по сделкам установлен срок исковой давности в один год для оспоримой сделки и три года – для ничтожной.

По ничтожным сделкам, где требование заявляется стороной сделки, срок исковой давности начинает течь с момента исполнения договора, если требование заявляется третьим лицом – то с момента, когда он узнал или должен был узнать о факте заключения договора.Важно отметить, что от 07.05.2013 г. № 100-ФЗ внес изменения в 170 ст. ГК РФ в квалификацию притворной сделки.

Притворная сделка, последствия которой – ничтожность, теперь и сделка, совершенная на иных условиях, чем это указано в договоре. Эти изменения могут иметь последствия для сторон при занижении стоимости в сделке для оптимизации налогообложения. Можно предположить, что, например, супруга, выдавшая согласие на продажу жилья, сможет признать сделку ничтожной по этому основанию, если в самом согласии не выражена стоимость продажи совместно нажитого имущества».
Какие на сегодняшний день самые распространенные причины недействительных (ничтожных и оспоримых сделок)? Частое это явление или редкое? Были ли в вашей практике (или в истории фирмы) такие случаи и если да, чем это закончилось для покупателя?

Вадим Лященко: «В большинстве случаев недействительная сделка заведомо содержит в себе элемент правонарушения. Поэтому уважающие себя и ценящие свою репутацию профессиональные участники рынка недвижимости стараются держаться от таких сделок подальше. То же самое можно сказать и о ничтожных сделках.

Другое дело – сделки, при которых одна из сторон несет тот или иной риск, включая риск оспаривания совершаемой или предыдущих сделок с объектом. Такие риски могут быть никак не связаны с правонарушениями, но присутствовать в истории объекта.

Задача специалиста, сопровождающего покупателя, – своевременно выявить этот риск или риски, оценить их величину, предложить возможные способы минимизации и дать соответствующие рекомендации клиенту.

Такие рекомендации, в зависимости от конкретной ситуации и конкретных рисков оспаривания, могут быть самыми различными – отказ от покупки, требование адекватной скидки, предоставление дополнительных заявлений, гарантий и т.д.

Задача специалиста, сопровождающего продавца, – обнаружить и минимизировать риски оспоримости предыдущих сделок с объектом еще на стадии подготовки документов продаваемого объекта, дать свою мотивированную оценку рисков контрагенту (покупателю).

Нередко оценка возможной оспоримости сделок и вероятных последствий становится предметом жарких споров между продавцом и покупателем с участием их юристов, агентов и банковских специалистов. Иногда в этих спорах побеждает здравый смысл, иногда – нет.На практике приходится встречаться с очень разным отношением заинтересованных участников дебатов к таким факторам риска оспоримости сделок, как, например:

– неучастие в приватизации несовершеннолетних (в период  до августа 1994 г.);

– отсутствие кого-то из жильцов по причине нахождения в местах лишения свободы;

– дарение между не родственниками;

– снятие с регистрационного учета по доверенности;

– снятие с регистрационного учета без постановки на учет в другом месте;

– признание прав собственности по решению суда;

– нерыночная цена в договоре;

– неэквивалентная мена без доплаты;

– свежая сделка с добросовестным приобретателем.Список можно продолжать, и у каждого опытного специалиста найдется, чем его дополнить.Но самые запоминающиеся случаи – это когда коллеги пытаются скрыть от тебя риски своего объекта.

Случается такое редко, но от этого менее противным не становится».

Ирина Щербинина: «Недействительные сделки стали более редким явлением, чем раньше, в лихие 90-е годы.

Во-первых, потому что Росреестр контролирует права несовершеннолетних и не проводит сделки с их собственностью без разрешения органов опеки. Во-вторых, рынок риэлторских услуг сейчас более прозрачен, в нем работают крупные компании.

В-третьих, с введением понятия “добросовестный приобретатель” покупатели стали более защищены, если по квартире зарегистрирован переход прав по правилам Росреестра и если в договоре купли-продажи стоит полная стоимость.

Тем не менее, оспоримые сделки есть.

И, как правило, наиболее частые их причины следующие:- появление родственников после исполнения договора ренты;- появление наследников, о которых продавец не знал (или умалчивал);- ущемление прав несовершеннолетних при приватизации в 90-х годах;- проведение сделки с лицом, состоящем на учете в нарко- или психдиспансере без освидетельствования на момент сделки».

Как можно минимизировать риски при покупке квартиры?

Ирина Щербинина: «Минимизацию рисков при покупке квартиры следует начинать уже с момента обзвона списка вариантов.

Я бы советовала сразу исключить из списка недавнюю ренту, наследство менее трех лет, а также наследство и дарение от чужого лица (не родственника). Сейчас на рынке масса вариантов и рисковать не стоит. Выбранный вариант следует тщательно проверить.

Лучше с помощью специалиста. Пусть риэлтор или юрист соберет “досье” на покупаемую квартиру, из которого будут видны возможные риски».

Алексей Комаров: «Говоря о правовом механизме защиты права приобретателя жилья, можно сказать, что по сути их два: срок исковой давности и квалификация по ст. 302 ГК РФ как добросовестный приобретатель.

Напомню, что иммунитет на изъятие имущества – жилья у добросовестного приобретателя не распространяется на безвозмездные сделки (дарение) и если судом установлено, что имущество выбыло помимо воли собственника (продажа по подложным документам)».

Были ли в вашей практике случаи признания нотариально удостоверенной сделки купли-продажи квартиры недействительной? Если да, то чем это закончилось для покупателя?

Алексей Комаров: «В моей практике нет».

Бывают ли случаи, когда вы не рекомендуете покупать квартиру из-за высокой вероятности признания в будущем сделки недействительной?

Вадим Лященко: «Крайне редко, но возникают «экзотические» предложения проведения сделок, которые в случае их реального исполнения могут быть признаны впоследствии недействительными.

Исходят такие предложения не от продавцов, а от покупателей, и касаются, например, проведения расчетов в необычных формах, формально никак не связанных с покупаемой недвижимостью.

Естественно, мы категорически настаиваем на отказе от вовлечения клиента в такие «сделки».

Ирина Щербинина: «Да, у меня были два таких случая. Я объяснила своим клиентам, на основании чего я решила, что в дальнейшем будут проблемы. Все проверки выдаю на руки».

Как вы относитесь к страхованию риска утраты права собственности? Рекомендуете ли при каждой покупке недвижимости оформлять такую страховку?

Ирина Щербинина: «К страхованию и страховым компаниям отношусь с изрядной долей скептицизма. В наше непростое время любая компания запросто может закрыться или объявить себя банкротом.

А бывает, договоры страхования составляются так хитро, что исключают возмещение убытков при некоторых вариантах событий. Пример тому – дело Чалаевых, по которому несколько лет шли суды между страховой компанией и ипотечным банком.

В общем, лучше надеяться на логику и интуицию, а доверять – специалистам».

Достаточно ли защищены права покупателя недвижимости сегодня и что бы вы предложили изменить в законодательстве, если бы была такая возможность?

Алексей Комаров: «Всегда будут установленные законом основания оспаривания заключенных сделок, поэтому стопроцентная гарантия права собственности приобретателя жилья — это миф.

Государству нужно решить вопрос гарантии обеспечения стопроцентной компенсации добросовестным лицам, которые в результате признания сделок недействительными остаются без денег и жилья, что требует принятия принципиального решения, определения реального гаранта законности права собственности с внесением соответствующих законодательных изменений. Это, в свою очередь, приведёт и к вопросу системного решения проблемы оборота вторичного жилья, где немаловажен вопрос о принятии закона о риэлтерской деятельности и где должно найти отражение решение вопроса с лицензированием, объемом деятельности и ответственностью агентов, брокеров, которые всегда были и будут важным элементом упорядочивания гражданского оборота жилья и первым профессионалом, которого встречают покупающие или продающие недвижимость граждане. А первое впечатление, как известно, можно произвести только один раз».  

Источник: https://www.cian.ru/stati-nedejstvitelnye-sdelki-po-novym-pravilam-218000/

Сделки, нарушающие требования закона, и последствия их совершения

Сделка совершенная с нарушением закона ничтожна

Здравствуйте, уважаемые читатели! С 1 сентября 2013 года ст. 168 ГК РФ действует в новой редакции, об которую сломано немало копий. Сделки, нарушающие требования закона стали оспоримыми. Если сравнивать с евпропейскими правопорядками, то там обычно противозаконные сделки являются ничтожными.

Давайте посмотрим, как сейчас работает ст. 168 ГК РФ. До реформы она была популярной и суды активно её применяли. А сейчас?

1. Оспоримость вместо ничтожности
2. Когда незаконная сделка является ничтожной
3. Что такое явно выраженный законодательный запрет?
4. Существо законодательного регулирования

Именно частое применение этой нормы стало причиной для её изменения. Разработчики справедливо считали, что это ставит под угрозу стабильность и предсказуемость гражданского оборота. Правда изначально они предлагали не совсем то, что в итоге получилось. Возможно их не так поняли?

Оспоримость вместо ничтожности

Опасения разработчиков были обоснованными. Когда реформа только обсуждалась, дела о признании сделок недействительными по ст. 168 ГК РФ были широко распространены. Эту норму в старой редакции любили должники — при малейшей возможности они заявляли в суде возражения о ничтожности сделки.

По старой редакции ничтожной являлась «сделка, не соответствующая требованиям закона». Толковали это несоответствие порой очень широко.

Например, несоответствие закону находили даже в недобросовестности директора при заключении сделки. Мол, по закону директор должен был действовать добросовестно, а раз нет, то сделка закону не соответствует, она ничтожна. Но по уму в такой ситуации последствием должно быть взыскание с недобросовестного директора причиненных убытков.

Поэтому Концепция совершенствования общих положений ГК РФ предлагала уточнить норму, чтобы сузить возможности по признанию сделок недействительными, когда эта мера является неоправданной и несоразмерной характеру и последствиям нарушения.

Иллюстрация: pixabay.comИзначально в тексте законопроекта шла речь о ничтожности сделки, нарушающей запрет закона. Такой же подход принят за рубежом. Но этот вариант раскритиковали на этапе обсуждения и велели переписать.

В итоге вместо «запрет закона» написали «требования закона» и сделали оспоримость незаконных сделок общим правилом.

Из текста ст. 168 следует, что она применяется не только при нарушении сделкой норм законов, но и других правовых актов. Для краткости я везде буду говорить только про незаконные сделки.

Воспринята новая редакция ст. 168 ГК РФ была в основном негативно. Цель была достигнута. Количество споров о недействительности незаконных сделок снизилось.

Но способ был выбран неудачный. Мы получили оспоримость незаконной сделки вместо ничтожности в качестве общего правила. Теперь если пункт договора, нарушающий императивную норму закона, не оспорен в суде, он продолжает действовать и стороны обязаны его исполнять.

То, что в ст. 168 ГК РФ речь идет именно о нарушении императивных норм, довольно очевидно. Диспозитивную норму нарушить сложно, поскольку она изначально предполагает возможность предусмотреть иное правило поведения, отличное от указанного в ней.

В итоге договор как бы оказывается сильнее закона. На этот случай есть оговорка, что в некоторых случаях сделка, нарушающая закон, является все же ничтожной. Как говорится, нет правил без исключений и ими воспользовался Верховный суд.

Когда незаконная сделка является ничтожной?

Ничтожность сделки, нарушающей требования закона, может прямо устанавливаться законом. Перечень этих случаев приводит п. 73 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»:

  • соглашение об устранении или ограничении ответственности лица, имеющего фактическую возможность определять действия юридического лица (п. 5 ст. 53.1 ГК РФ);
  • соглашение участников товарищества об ограничении или устранении ответственности по его обязательствам (п. 3 ст. 75 ГК РФ);
  • сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности (ст. 169 ГК РФ);
  • мнимая или притворная сделка (ст. 170 ГК РФ);
  • сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства (п. 1 ст. 171 ГК РФ);
  • соглашение о переводе долга на другое лицо при отсутствии согласия кредитора (п. 2 ст. 391 ГК РФ);
  • заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства (п. 4 ст. 401 ГК РФ);
  • договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя (п. 3 ст. 572 ГК РФ);
  • договор, устанавливающий пожизненную ренту в пользу гражданина, который умер к моменту его заключения (п. 3 ст. 596 ГК РФ);
  • кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (ст. 820, п. 2 ст. 836 ГК РФ);
  • публичный договор, устанавливающий разные цены для потребителей одной категории или противоречащий обязательным правилам, изданным уполномоченными органами (п. 5 ст. 426 ГК РФ).

Вторая ситуация ничтожности имеет место, когда сделка не только нарушает требования закона, но при этом еще и посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Встает вполне закономерный и логичный вопрос: что следует понимать под публичными интересами?

В самом ГК РФ законодатель не счел нужным это пояснять, отдав вопрос на откуп судебной практике. Пленум ВС РФ раскрыл понятие публичных интересов в п. 75 постановления № 25.

Публичные интересы — это, в частности, интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, обороны и безопасности государства, охраны окружающей среды.

ВС РФ отмечает, что публичный интерес и интерес публично-правового образования — не одно и то же. Нарушение интересов последнего еще не означает, что нарушен публичный интерес. Точно также не свидетельствует о его нарушении несоответствие сделки законодательству.

Иллюстрация: pixabay.comКроме этого, ВС РФ связал с публичным интересом, а значит и с ничтожностью, явно выраженный законодательный запрет. Уже здесь он «подтягивает» норму закона к тому смыслу, который подразумевали в начале реформы.

Что такое явно выраженный законодательный запрет?

ВС РФ в своих разъяснениях ограничился перечислением пары примеров: залог или уступка требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (п. 1 ст. 336, ст. 383 ГК РФ), страхование противоправных интересов (ст. 928 ГК РФ).

Тем не менее под нарушением законодательного запрета следует понимать нарушение любой императивной нормы. В отличие от диспозитивной она не предполагает свободы усмотрения. Любая императивная норма представляет собой властное предписание, которое все должны неукоснительно соблюдать.

Тема явно выраженного законодательного запрета тесно связана со свободой договора. И здесь уместно обратить внимание на разъяснения Постановления Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах».

В п. 2 этого постановления указано, что норма является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой права, в частности:

  • прямо указано, что такое соглашение ничтожно, запрещено или не допускается;
  • стороны вправе отступить от содержащегося в норме правила только в ту или иную сторону;
  • запрет иным образом недвусмысленно выражен в тексте нормы.

По поводу императивности или диспозитивности некоторых норм могут возникать споры. Постановление Пленума ВАС РФ № 16 в таких случаях рекомендует исходить из существа и целей законодательного регулирования.

Суд не должен ограничиваться буквальным значением слов и выражений, которыми написана норма. Нужно представить себя на месте законодателя и понять, что он имел в виду и чего хотел, устанавливая спорную норму.

Такое целевое толкования закона называют телеологическим.

Случаи законодательного запрета не исчерпываются нормами, в которых прямо написаны слова «запрещено», «не допускается» и им подобные. Это еще и когда мы читая норму понимаем, что в определенной ситуации что-то делать нельзя или, наоборот, нужно поступать предписанным образом.

И если мы приходим к выводу, что спорная норма является императивной, то это следует воспринимать, как явно выраженный запрет закона делать по-другому. А значит при его нарушении сделку нужно квалифицировать, как ничтожную, посягающую на публичные интересы.

Иллюстрация: pixabay.comСогласитесь, выглядит дико, если считать оспоримой сделку, нарушающую императивную норму. При отсутствии отдельного судебного решения о её недействительности суд едва ли не становится соучастником нарушения. Он вынужден признавать за незаконной сделкой юридическую силу и принудительно приводить её в исполнение.

В этом смысле разъяснения п. 74 Постановления Пленума ВС РФ № 25 почти полностью исправляют такую ситуацию. Оно, кстати, фактически вводит еще одно основание ничтожности, которое прямо в ст. 168 ГК РФ не прописано, но по мнению Верховного суда должно применяться.

Существо законодательного регулирования

Итак, в п. 74 Постановления Пленума ВС РФ № 25 сказано, что незаконная сделка является ничтожной, если она посягает на публичные интересы и на права и интересы третьих лиц. Но к этому ВС РФ в абз. 2 п. 74 добавляет еще и третий вариант:

«Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность».

Существо законодательного регулирования связано с целью толкуемых норм. Это некие базовые основы, от которых стороны не могут отступить. И их нарушение не обязательно должно быть связано с публичным интересом или правами третьих лиц.

ВС РФ приводит в пример договор доверительного управления. Ничтожным будет условие, по которому по истечении срока договора переданное имущество переходит в собственность доверительного управляющего.

Напрямую ГК РФ этого не запрещает. Но это условие противоречит существу законодательного регулирования договора доверительного управления, которое предполагает передачу имущества доверительному управляющему в управление на определенный срок, а не передачу ему в собственность.

Про существо законодательного регулирования говорится также в п. 3 уже упоминавшегося Постановления Пленума ВАС РФ № 16 (советую внимательно его изучить, это, без преувеличения, эпохальный документ и его следует хорошо знать). Там указано, что даже диспозитивность нормы может быть ограничена определенными пределами, за рамки которых выходить нельзя.

Например, п. 2 ст. 610 ГК РФ предусматривает право каждой из сторон договора аренды, заключенного на неопределенный срок, немотивированно отказаться от договора. В ней нет прямого запрета установить иное соглашением сторон. Но существо законодательного регулирования договора аренды заключается в передаче имущества во временное владение и пользование или во временное владение.

Поэтому стороны такого договора аренды не могут исключить право на отказ от него, поскольку тогда передача имущества во владение и пользование фактически утратит временный характер.

По аналогии можно продолжить дальше. Существо законодательного регулирования договора купли-продажи состоит в возмездной передаче имущества в собственность. Если договор не предусматривает передачи в собственность, то это нарушает существо законодательного регулирования и соответствующее условие будет ничтожным.

Если всё это понимать именно таким образом, то Пленум ВС РФ разъяснениями в п. 74 и 75 постановления № 25 просто уничтожил оспоримость незаконных сделок.

Нарушение сделкой императивных норм закона можно квалифицировать либо как нарушение публичных интересов (нарушение явно выраженного законодательного запрета), либо как нарушение существа законодательного регулирования. И тогда ни о какой оспоримости незаконных сделок говорить нельзя, они всегда будут ничтожными.

Но есть иная точка зрения, по которой законодательный запрет не всегда бывает явно выраженным. По мнению сторонников этого подхода явно выраженный запрет закона следует воспринимать формально: он есть, только когда в норме прямо написано «нельзя», «запрещено», «не допускается» и т. п. Тогда уже могут быть ситуации, когда противозаконная сделка будет оспоримой по п. 1 ст. 168 ГК РФ.

Но тогда мы столкнемся с ворохом проблем, некоторые из которых были описаны выше.

Источник: https://lawyerlife.ru/grazhdanskoe-pravo/sdelki-narushayuschie-trebovaniya-zakona.html

Между оспоримостью и ничтожностью сделок // Комментарий к п. 1 ст. 173.1 ГК

Сделка совершенная с нарушением закона ничтожна

Статья 173.1. Недействительность сделки, совершенной без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления   

(введена Федеральным законом от 07.05.2013 N 100-ФЗ)

1.

Сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Существует многочисленная категория оспоримых сделок, которые в силу закона требуют согласия на их совершение. Вот наиболее часто встречающиеся из них, а также упомянутые в общей части Гражданского Кодекса:

  • крупные сделки и сделки с заинтересованностью;
  • сделки, требующие предварительного согласия антимонопольного органа;
  • сделки, совершаемые с предварительного разрешения органов опеки и попечительства (п.2 ст.37 ГК);
  • приобретение учреждениями акций, долей участия в хозяйственных обществах, вкладов в товариществах на вере без разрешения собственника учреждения (п.6 ст.66 ГК);
  • одновременное коммерческое представительство разных сторон (п.2 ст.184 ГК);
  • распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности (п.2 ст.253 ГК);
  • совершение сделок без согласия собственника по распоряжению недвижимым имуществом, находящимся на праве хозяйственного ведения (п.2 ст.295 ГК), или любым имуществом (для автономных и бюджетных учреждений – особо ценным движимым и недвижимым), находящимся на праве оперативного управления (п.1 ст.296 ГК);
  • отчуждение залогодателем предмета ипотеки без согласия залогодержателя (ст.37 и 39 Закона об ипотеке);
  • распоряжение залогодателя банку о перечислении денежных средств на банковском счете, права по которому заложены, без согласия залогодержателя (п.3 ст.358.12 ГК);
  • передача права по независимой гарантии без согласия гаранта (п.2 ст.372 ГК);
  • уступка права требования без согласия должника, в котором личность кредитора имеет для него существенное значение (п.2 ст.388 ГК);
  • уступка права требования третьему лицу солидарным кредитором (п.5 ст.388 ГК);
  • изменение или расторжение договора, заключенного в пользу третьего лица, которое выразило намерение воспользоваться своим правом по договору, без согласия такого лица (п.2 ст.430 ГК).

Среди них распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности (п.2 ст.253 ГК), примечательно тем, что в нём обязательное в силу закона согласие сособственников предполагается. Презумпция согласия означает необходимость отслеживания другими сособственниками таких сделок с целью заявления отказа, что является исключением из п.2 ст.157.

1 ГК, согласно которому отказ направляется по запросу лица, совершающего сделку. Политико-правовая логика такого решения в том, что отношения сособственников по поводу совместного имущества – это отношения близкого круга в сравнении с внешними контрагентами.

Одному сособственнику сподручнее контролировать другого, нежели контрагенту знать о получении согласия каждого из них.

При этом следует различать наличие полномочий на распоряжение общим имуществом (для внешних отношений от имени всех сособственников с контрагентами) и согласие остальных сособственников на такое распоряжение (внутренние отношения между совместными собственниками).

Конструкция распоряжения совместной собственностью такова, что закон предполагает наличие у каждого сособственника на распоряжение имуществом как полномочий от имени всех, так и их согласия.

Если у сделки по отчуждению совместной собственности имеется порок, связанный с полномочиями на распоряжение, которые были ограничены в силу соглашения между всеми участниками совместной собственности, то такая сделка оспорима по п.3 ст.253 ГК:

“Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.” 

Однако представим себе ситуацию, при которой с полномочиями на распоряжение всё в порядке, однако один или несколько сособственников выразили отказ на совершение сделки, о чём мог знать приобретатель имущества, находящегося в совместной собственности. В таком случае применяется п.1 ст. 173.1 ГК.

Каково содержание загадочной формулировки п.1 ст.173.1 ГК в части, которая предусматривает исключения из оспоримости сделки, совершённой без надлежащего согласия – “если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия”?

Толкование п.1 ст.173.1 ГК невозможно без ответов на следующие вопросы:

  • Есть ли в нашем праве презумпция ничтожности сделок?
  • Что такое существо законодательного регулирования?
  • Может ли явно выраженный в законе запрет на совершение сделки без получения согласия истолковываться как основание ничтожности такой сделки?
  • Какие ещё могут быть правовые последствия дефектных сделок кроме оспоримости и ничтожности?
  • Возможна ли внесудебная оспоримость сделок?

Попробуем разобраться со смыслом рассматриваемой нормы в контексте ответов на эти вопросы.

Общие основания ничтожности сделок

Законодательство предусматривает общий режим ничтожности (п.2 ст.

168 ГК), который устанавливает критерии (основания) недействительности сделок без необходимости их оспаривания в суде, и ничтожность в силу специальных норм (например, ничтожность договора страхования ответственности иных лиц  по п.2 ст.

932 ГК или перевода долга без согласия кредитора по п.2 ст.391 ГК). Пленум Верховного Суда в Постановлении № 25 дезавуировал пореформенную презумпцию оспоримости сделок, тотально увеличив основания ничтожности следующими случаями нарушений:

1) установленных в законе явно выраженных запретов, которые по мнению высокого суда презюмируют наличие публичных интересов, подлежащих правовой защите;

2) императивных норм в пользу потребителей, которые в силу своей ограниченной рациональности и массовости сделок не изучают их условий;

3) совершение не предусмотренных односторонних сделок, на которые не распространяется принцип свободы договора;

4) несоответствие сделки существу законодательного регулирования.

Таким образом, судебная практика расширила гипотезу общей нормы п.2 ст. 168 ГК об основаниях ничтожности сделок.

Критерий явно выраженного запрета является не вполне определённым, оценочным. До формирования судебной практики по каждому случаю нарушения сделкой запрета вопрос о том оспорима она или ничтожна остается подвешенным. Помимо очевидных запретов (таких как приобретение акций или долей участия в обществе органами власти согласно ст.

66 ГК) существуют императивные нормы, которые являются запретом по своему смыслу, не будучи даже сформулированными как запрет. Пожалуй, самый яркий пример – многострадальная ст.782 ГК, о которую было сломано не мало копий и понимание судами которой менялось неоднократно. Текстуально статья не содержит явно выраженных запретов.

Но они выводятся судами по смыслу нормы. Если для предпринимателей обусловленное платой право заказчика на отказ от договора является допустимым, то в отношении потребителей такое условие будет ничтожным.

Если плата за отказ не зависит от фактически оказанного объема услуг и настолько значительна, что лишает заказчика экономического смысла отказываться от договора, то такое условие суды также находят ничтожным (дело Росбанк против консалтингового агентства «Сфера» № А40-186044/2013).

Указанный подход был закреплён в пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 N 54 “О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении”:

“Если будет доказано очевидное несоответствие размера этой денежной суммы неблагоприятным последствиям, вызванным отказом от исполнения обязательства или изменением его условий, а также заведомо недобросовестное осуществление права требовать ее уплаты в этом размере, то в таком исключительном случае суд вправе отказать в ее взыскании полностью или частично (пункт 2 статьи 10 ГК РФ)”.

Вызывает обеспокоенность использование Верховным Судом при формировании нормативных правовых позиций общего запрета недобросовестных действий, который явно направлен на устранение несправедливости по конкретным казусам. Тем более, что к настоящему времени у Верховного Суда появился новый инструмент правотворчества – существо законодательного регулирования.

Существует явно выраженный запрет, применение которого уничтожит любую сделку – «никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения» (п.4 ст.1 ГК). Всякое лицо, совершающее сделку в нарушение императивной нормы закона, делает это не иначе как к своему интересу, желая получить какую-либо выгоду.

Значит любое нарушение императивной нормы закона идёт в связке с нарушением запрета извлекать из этого нарушения преимущество. Добавим сюда недобросовестное заключение сделки, которая вовсе не нарушает закон, и можно уничтожать любую непонравившуюся сделку. Следовательно, генеральный запрет п.4 ст.

1 ГК хотя и является явно выраженным, но рассматривать его нарушение как основание ничтожности сделки опасно для гражданского оборота.

Практика применения связки из ст.10 и п.2 ст.168 ГК должна уступить действию ст.169 ГК об антисоциальных сделках, состав которой следует оттачивать в судебной практике. При этом было бы ошибкой отождествлять нарушение сделкой основ правопорядка и нравственности с криминализацией деяний, которые совершаются в виде такой сделки.

Здесь нет места той логике, что чем выше общественная опасность деяния, тем она скорее подрывает сами основы правопорядка и нравственности. Распространенное нарушение в сфере долевого строительства посредством двойных продаж одних и тех же квартир может подпадать под действие уголовного закона, но о применении ст.169 ГК даже нет речи. Назначение ст.

169 ГК – лишение юридической силы тех сделок, которые хотя и не нарушают какой-либо запрет, однако же не могут быть сохранены по соображениям добрых нравов. Разница между антисоциальными сделками и связкой обычной ничтожности с шиканой (п.2 ст.168 + ст.

10) в том, что одного лишь намерения причинить вред другому лицу недостаточно – сделка должна “шокировать совесть” среднего представителя общества (обывателя). Усматривать в ст.169 ГК ту особенность, что по ней, в отличие от обычной ничтожности, в случаях, предусмотренных законом, возможна конфискация переданного по сделке в доход государства, неправильно.

Конфискация не должна составлять конститутивный признак ст.169 ГК, поскольку изъятие имущества в пользу государства является мерой публичного воздействия, и ей не место в гражданском законодательстве. 

Источник: https://zakon.ru/blog/2017/6/2/mezhdu_osporimostyu_i_nichtozhnostyu_sdelok__kommentarij_k_p1_st1731_gk

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.